Москва и алкаши: 7 столичных алкотипов

Московская алкожизнь одновременно пестра и однообразна. Ты можешь предпочитать коктейли за 1000 или водку по 60 рублей, но куда бы ты ни пошел, тебе везде встретятся одни и те же типажи городских пьяниц. В этом тексте мы составили коллективный портрет набивших оскомину лиц. Если ты узнал в одном из них себя, не расстраивайся, а лучше просто выпей. Мы, например, уже.

Алкаши

Они же синяки, они же колдыри, алконавты, ханыги, пропойцы, бухарики, выпивохи и тд. Безусловно, находятся на вершине алко-пантеона. При этом они пантеистичны. Он (ровно как и она) может присутствовать везде. В чебуречной; на лоне «Московской Весны» у Новокузнецкой; в «Магадане» (его еще не снесли?); Киса баре; Конечно же в кафе «Альбатрос» в Алтуфьево. В общем, в любом баре или рюмочной. Если звезды сойдутся – даже в «Кофемании». Он может быть и носителем знаменитой актерской фамилии, и безвестным клошаром с клокастой бородой. Отчаявшимся или радостным. Пить с поводом и без, в одиночестве, и в составе алкогольной группы. Подлинный алкаш вдохновляет, он всемогущ. Он может нажраться бутылкой вискаря с партнерами «по бизнесу» или 12 аперолями с подружками:  «Лето же все-таки!». Если вариантов нет совсем, может подстегнуть свой кураж Айриш-кофе; а если «крепкий алкоголь не наливаем», мгновенно переориентируется на «мне тогда пинту имперского стаута для начала». Настоящий алкаш не пасует ни перед бедной винной картой, ни перед «обширной». Алкаш – это святое. Выпьем же за него!

Непьющие

И гордящиеся этим. Это падшие ангелы. Они на темной стороне. ЗОЖники, стрейтэйджеры, вечные водители, фитоняши и прочие непонятно зачем оказавшиеся в баре персонажи. В принципе, они могут даже пить, но – «только бокальчик». А так они либо самодовольно хлебают апельсиновый фреш, либо с досадой цедят минералку, с презрением посматривая на веселящихся в пьяном угаре.  Можно, отправившись заказывать напитки спросить «а тебе что?», и получить в ответ либо потупленный взор и «мне только воду, спасибо» или отповедь и путаные самозабвенные разъяснения на тему абстиненции и полной внутренней гармонии в связи с ней достигнутой. Вам, в общем-то глубоко насрать (к тому же очень хочется выпить), но непьющий, конечно, не скажет по простому: «а мне тоже водки». Он путает следы и все больше отдаляет вас от заветного бармена… В общем – лучше бы они пили.

Алкопланктон

Его большие скопления прибивает ко всем барным стойкам города каждую пятницу и субботу.  Стоит закрыть двери офисам, как тут же раскрывают радушные липкие объятия для широкой общественности всевозможные питейные заведения. Алкопланктон неприхотлив и в попытке развеять тяжесть бытия и экзистенциальный ужас выпьет все. Для него держаться неисчерпаемые стоки Хайнекена, Капитана Моргана, совиньон блана с пино гриджо. Подчистив барные запасы, к понедельнику все участники «опять огурцом». Но не стоит относиться к этой категории пьющих со снисходительным пренебрежением. Подобно тому, как огромные киты бескрайнего океана выживают благодаря малюсеньким созданиям, так и на алкопланктоне держится вся барная экосистема: выручка, посещаемость, разнообразие. Благодаря алкопланктону остается на плаву большинство питейных заведений. Ребята-девчата, ваше здоровье!

«Прогрессивная» молодежь

Скорее всего студенты Вышки, какого-нибудь МАРХИ, изучающие какой-нибудь дизайн и медиа, и какие-нибудь технологии. Возможно, и не студенты вовсе, а просто неприкаянные пети трофимовы. В радиусе 2 километров от Покровки нет ни одного самого занюханного и затрапезного заведения, где можно было бы спокойно выпить не созерцая их претенциозные рожи. Обычно это дрищ в джинсовке и очках и девушка в чокере с розовыми или лиловыми волосами. Поскольку сугубо научное наблюдение за этой пьющей разновидностью людей установило, что они размножаются почкованием, незаметно окажется, что дрища уже 3 штуки, плюс один бородатый и плотный специалист по медиа, а разноцветных девушек уже 5. 

Место силы: «Зинзивер», где нельзя плюнуть, чтобы не попасть в будущего культуролога или устроителя инклюзивного общественного огорода в хуево-кукуево

Неумело, с подростковым надрывом пьют настойки и водку, после чего громко спорят о том, кто кого дискриминирует и как получше на кого-нибудь настучать. Мнят себя большими знатоками гуманитарных и социальных наук, однако сплошь и рядом не отличат маятник Фуко от одноименного философа. Вердикт в отношении них один – надзирать и наказывать, дабы приучить к культуре московского пития.

Биргики

Бородаты, одеты во фланелевые рубашки (и далее по списку). Биргик выглядит на 40, едва разменяв 25. Хотя может при этом быть и зрелым мужчиной, с юношеским задором спрашивающим: “Че подсказать те может че?”. Такой развязный пивной Тони Хоук. Биргики клетчато-плечистым заслоном ограждают стойку от набегов людей, которые пришли просто выпить пива. Они обсуждают нюансы отличия Цитры от Мозаика, хают недавний релиз оутмила, мол: «слабоват и ароматика не та, не то что тот другой, который они до это делали». Легко назовут идеальный состав воды для тропической ИПЫ. В принципе, клуб по интересам – это прекрасно и этого у нас мало, но «джентльмены, хочется и выпить в конце концов!». Поэтому надо улучить момент, когда они прервутся, чтобы сделать глоток, и, просочившись к стойке, взять себе пивка. 

Человек мимо

Он возможно даже любит и хочет выпить, но ему не повезло. Он оказался не там и не с теми. Непонятый современниками, неосторожно вышедший в последнюю дверь последнего вагона, опередивший время и безнадежно отставший. На день рождения лучшего друга он приехал на машине, потому что жена просила забрать кошачий корм из пункта выдачи по дороге домой. На дегустации биодинамических испанских, он робко или нагло узнает: “нет ли кьянти там хотя бы”, – ну или: «может лагер есть какой нормальный?». Или, допустим, она – в крафтовом пивном баре постоянно заказывает виски с колой, но кола чтобы непременно была light. Еще не все антибиотики она пропила, но надо встретиться, а на поднятую сочувственно-неловкую бровь, она ответит: “не мне нормально, я чисто поплясать”. Ну-ну. Такой пьющий тяготит и себя и других. Увы, все мы иногда оказываемся на его месте. Не расстраивайся “человек мимо”,  выпей уже что-нибудь – может, отпустит. 

Эсхатологи

До сегодняшнего дня они были в завязке. Или чистили организм во имя никому неведомых целей. Или же закрывали сложную сделку последние три месяца. Есть еще такие, которые, в общем-то, не пьют и не очень любят это дело, НО! Сегодня им надо нажраться. Еще на прошлой неделе они проповедовали о вреде алкоголя, пихали в себя вареную курогрудь, уходили в 9 вечера, чтоб пораньше лечь и пойти утром херачить на работу/тренировку, готовиться к летнему сезону.

Сегодня они открывают ящик пандоры. Они звонят вам в пятницу поутру и полным решимости голосом сообщают, что сегодня, наконец, готовы пойти в бар

Один Бог знает сколько они отчаянно вольют в себя В-52 вперемешку со свободной Кубой, шампанским и коньяком. Если для всех остальных акт выпивания – неотъемлема привычка, ритуал или хобби, то у этих – результат депривации, наложенного на себя послушания. Они пьют “as if there is no tomorrow”, как в последний раз. Однако будем надеяться, что все-таки конец света еще не скоро и пить постараемся умеренно, но регулярно.

Авторы: Николай Болошнев, Константин Ропоткин