Ресторанная критика опасна для здоровья

Почему ресторанная критика вялая, как пенис после секса, объясняет Альберт Шлиппенбах

Ресторан ничем не отличается от бензоколонки. Это такой же дорогостоящий по вложениям бизнес, только сильнее по эмоциям и по всяким трудностям. Вот критиков жилых кварталов не существует, потому что человек отдает отчет, что если начнет критиковать жилые кварталы, рано или поздно, он окажется забетонированным в фундамент нового ЖК «Южане».

А с рестораном все готовы шутить… Ну, хули, если я обругаю кофе за 300 рублей, что там пенкой лебедь неправильно нарисован, ничего ж не будет. 

Сейчас миром управляют соцсети. И мнение, особенно если гадкое и с юмором написанное, может моментально превратится в громадный снежный ком. И, перекатываясь через человека, который делал ресторан, докатиться до инвестора.

А инвесторы у ресторана могут быть разные, в том числе и соучредители компании «Ритуал», которые решили диверсифицировать свой бизнес и открыть остерию.

Люди, которые занимаются ресторанной критикой, ставят себя под удар. Если их прочитает человек с высоким интеллектом и юмором, он это воспримет «Ну и фиг ли?» И то — не факт. Если это будут люди, которые не понимают шуток в свой адрес и подтруниваний, плюс для них ресторанный критик это говно, который сам ничего не может и пришел критиковать… то все хуже.

Когда идет наезд на бизнес, а это воспринимается как наезд на бизнес, тут уж каждый по-разному может ответить. Есть те, что блокируют тебя, вступают в перепалку. А иногда людям звонят и сообщают их дальнейшую судьбу на ближайшие три дня.

Рецензия могут пошатнуть финансовую сторону ресторана

Большой ресторатор говорит: «Мои конкуренты – бабка, которая с пирогами встала у метро «Войковская». Если человек съел, не дай бог, этот пирожок вонючий за 22 рубля, он у меня недозакажет салат или суп или горячее, он будет сыт».

Это же рынок. Илон Маск покурил косяк в телепрограмме – стоимость акций «Тесла» упала вниз — многие инвесторы вышли из бизнеса. 

Поэтому всё так или иначе влияет на прибыль. Мало того, если у ресторана упадет прибыль на неделе (например, плохая погода), в том числе ресторатор подумает, что это из-за плохой рецензии. И он это быстро сможет перевести в деньги. Скажет: «У меня прибыль упала на 30 тысяч рублей. Значит, я потерял миллион рублей из-за того, что ты козел, написал, что суп был теплый, а должен быть горячим». Он будет воспринимать тебя, как врага. 

Как принято угрожать

До меня только доносились слухи. Могут звонить, могут писать. Могут позвонить и в дверь. Мы живем в прозрачном мире, голые, ходим на работу, с работы. Если ты ресторанный критик, тебя просто и думать не надо, как ловить. Надо прийти в кофейню, в которой ты еще не был, и там подождать возле туалета. Когда подействует капуччино. 

Я бы не делил обидчивых владельцев ни на кавказцев, ни на хипстеров. Всё зависит от уровня людей и от того, как они привыкли бороться с проблемами. Какая разница, от кого получить нож под ребро? От кавказца или от школьника, или от украинца, от монгола, от вьетнамца. Знаешь, беда приходит оттуда, откуда не ждешь. Понятное дело, что никто не рискнет критиковать чеченский ресторан — нет таких яиц ни у кого. А пиздюлей можно получить и за отзыв про «Тараса Бульба». 

Что губит критиков

Критики нужны. Но у них одна общая беда – их так раздирает тщеславие. Они уже на третьей рецензии открывают лицо. Им хочется сказать: «Это я такой юморной! Это вы ржали над моим текстом! Это я всех обосрал, я бесстрашный!» И четвертой рецензии иногда и не бывает.

У тебя такая работа, ты должен всегда оставаться под маской Зорро. Тогда можно критиковать кого угодно.  

🌶