Пьющие журналисты

Блеск и нищета пьющей журналистики

Когда твоя ролевая модель Довлатов, то лучшее что может с тобой произойти — это пресс-тур на винодельню…

Если ты становишься плотником, то можно работать на Икею и много зарабатывать. Если ты становишься стеклодувом, то про твои доходы можно догадываться. Если ты журналист, то всем известно — ты нищий. Альберт Шлиппенбах съездил в пресс-тур на винодельню и убедился в этом.

Встреча и вылет

Мы встретились в аэропорту, и сразу начались практические вопросы. Кто и сколько купил с собой сигарет. Обсмеяли того, кто «ой, блядь, забыл». Считай, все бабки иностранные, которые берешь, уйдут на блок.  

Потом сразу начали бухать. Когда сели в самолет, стюардессы стали приносить напитки, я говорю: «Мне, пожалуйста, воду без газа», а сосед добавляет: «А тут бухло бесплатное». Я поясняю: «Я на высоте не люблю», он: «А можно я за тебя выпью?» Тут же взял в каждый палец по бутылке. Когда стюардессы проходили мимо нашего, 34-го ряда , их всегда просили что-то ещё принести. Потому что журналисты к самолету относятся, как к шведскому столу — подходы без ограничений.

Мечты и реальность

С нами в поездке были журналисты из ТОП-5. Пределы мечтаний по зарплате — 500 тысяч рублей. При этом они весьма эрудированные, такие чудаки из программы «Своя игра». Круглосуточно читают, у всех мечта стать Довлатовым. Он их ролевая модель: выпить, раздать долги, написать книгу.

Они, как крупье — постоянно видят, как богатые люди живут. Пишут о часах по сто тысяч, машинах по триста тысяч евро, ездят в дорогие поездки, но не могут позволить себе купить там жвачку. И точно знают, какого числа оплата аренды, потому что тогда надо отключать телефон.

И очень любят алкоголь. Со мной ездили ребята из журналов, которые рассказывают, как накачать шесть кубиков к лету, но каждый из них выкуривает минимум две пачки в день.  

Абсолютно неспортивные в сексе. С нами были три девушки, которые думали, что их сейчас отдерут. Но не тут-то было. Один на голове давай крутиться, другой голый в пруд нырять. Ведь понимают, что лучше потратиться на бутылочку вина, чем вести ее на завтрак.

Один купил пачку сигарет. Случайно. Блядь, эта тема обсуждалась два дня — что она в переводе на рубли стоит тысячу сто рублей. Он звонил родным и рассказывал сколько потратил на сигареты. Как будто он выиграл миллион в Лас-Вегасе. И добавлял, что колбаса, сыр, виноград и черешня стоили дешевле, чем пачка сигарет.

Разговоры о деньгах

Все разговоры исключительно о деньгах, но понять их можно. Они еще делятся на тех, кому до 40 лет и после 40. После 40 лет — циники. Такое ощущение, что уже одни почку продали и понимают, что no future. А которым по 35-36 — они романтики, мечтают. Их ведь и обвинить нельзя. Они, работая замглавных редакторов, понимают, что уже потолок и главными редакторами их не сделают никогда, как и всех нас. О чем  мечтать каждому из нас — непонятно. Мечтают книгу написать. Но они же все хотят написать «Гарри Поттера», а не рассказы о гардемаринах, но получается все наоборот. На работе обычно у тебя есть наставник, на которого ты хочешь походить и научиться у него профессионализму. А тут наставник тебе рассказывает, что если сейчас кажется, что жизнь дерьмо, то это только цветочки. 

Увлечения вне работы

При этом, как и любые люди, у которых нет денег, но у которых есть много алкоголя, они начинают потихонечку сходить с ума. Кто-то начинает увлекаться жизнью жуков, смотрит румынские онлайн-каналы, где показывают как жуки занимаются сексом.   

И вообще, если они чем-то увлекаются, то это прям прыжок с головой. Один ебанулся на ретроградном Меркурии. Он прочел лекцию, что живет теперь только по нему. Я еще больше разуверился, потому что у него самого нихуя не выходит. 

Кто-то начинает собирать мундштуки. Все зарплаты пять месяцев шли на мундштуки, понимаешь? Семья воет просто.

Но начитанные. К сожалению, и они начинают тупить в телефоны уже. Я бы на их месте вообще не брал бы телефоны, а читал, читал, читал. Потому что единственное, чем они ценны, это передача информации. Их могут в общество приглашать. Но не приглашают, потому что они нажираются. Нажираются и начинают творить хуйню.

Размещение в отеле

Прилетели, сели. У них начинается специфичный юмор.  Главные истории, у кого какой корпоратив был. Я так понимаю, журналисты — это семья, это обязательно секс на службе, это пьянство, безысходность — вот это всё про них. 

Первым делом они полетели в магазин. И очень удивлялись, почему я не хочу туда же. «А зачем?» — спросил я. У них был аргумент — в Aldi в два раза дешевле, чем в duty free. Они набрали нарезки и растащили по домам.

Говорю им: «Подождите, в «Ашане» всё это продаётся.» Но видимо я чего-то не понимал. Они пошли в магазин, набрали пакетов. Через 15 минут уже вся лужайка была засрана пивными бутылками. 

Как они себя ведут на дегустациях

Это всегда происходило утром, а так как они накануне всегда дико набухивались, то по утрам были очень серьезные. Это в принципе отвечало атмосфере дегустации. Сидели молча, угрюмо нюхали рюмки. Часа через три, вино начинало действовать. К часу дня c лиц уходила туча, они светлели. Днем начиналось пиво, нарезка и подготовка к вечерней пьянке.  

А бутылки с собой таскали с виноделен

Обязательно, обязательно. Нет, я молчу про «Эй, ребята, кому бесплатно?» — сразу лес рук. Но обязательно затоваривались по полной. Они не могут себе позволить купить акции этой компании, они могут себе позволить купить пять бутылок. Для них пресс-тур превращается в шоп-тур. Поехали на закупки.

Вечером

Когда в русском человеке литр спирта и он видит водоем — он мечтает ночью без трусов искупаться. И неважно какая температура на улице.

Я не пошел на озеро изображать из себя деревенских, прыгать и купаться. Когда я приплыл на завтрак, они сидели все в диких шишках, потому что их покусала мошкара. А чуваков предупреждали, что никто ночью не ходит купаться, потому что адовая мошкара, а потом аллергия. Они все с кривыми ёблами молча ели пасту.

Прилет

В Домодедово все поняли, что у них у каждого в руках по шесть литров, а пропускают только три. Они стали искать, кто ничего не взял. Это, разумеется, был я. Поэтому мне все по литру отгрузили, чтобы я пронёс. А я им говорю, что если больше, то просто платишь таможенный сбор — 10-15%. Но это для них типа: «Что, я зря ездил? За такие бабки я бы и здесь купил».

Надо создавать фонд помощи журналистам

Обязательно. Как ветеранам Афгана, как спортсменам, которые на пенсии. Их зарезали со всех сторон. Главный удар был, как я догадываюсь, когда запретили рекламу алкоголя и табачных изделий. Если мы хотим лишиться профессии, чтобы осталась журналистика типа НТВ и Russia Today — окей. Но если мы хотим разноплановую журналистику, они должны дотироваться. Им должны платить.

В идеале они должны получать, как народы крайнего севера. Какая зарплата у тебя — умножай на два. Вот тогда они будут счастливы. И тогда у нас журналистика будет другого уровня. Поэтому, когда мы читаем скучные тексты, это вовсе не из-за того, что плохой журналист написал. Им за них платят копейки. Или работай бесплатно.

Поэтому они все сейчас овладели новой профессией — смм-щики (еще пиарщики). Вот им по 62 года (так много не всем, вообще далеко не всем), они смм-ят какие-то пиццерии. Я спрашиваю: «А вы понимаете, что ваши конкуренты — это 16-летние дети?». Они вроде понимают.

🌶